ЛУГ
Литература

«Самиздат» в СССР

Как авторы печатали собственные произведения, издавали зарубежную литературу и выпускали целые периодические издания: немного об истории «самиздата» в СССР
Слово «самиздат» появилось как пародия на официальные советские издательства. Первым, кто ввел близкое по смыслу понятие, «самсебяиздат», был поэт и переводчик Николай Глазков. Еще в 1940 году он употребил это слово на машинописных сборниках собственных стихов. Самиздат позволял также выйти в свет публикациям, которые были запрещены. Как, например, в случае с сочинениями Михаила Булгакова и Бориса Пастернака.
Под словом «самиздат» скрывается много смыслов. Это и феномен диссидентской культуры, и просто способ бытования неподцензурных текстов. С одной стороны, появление «самиздата» является последствием простого дефицита информации, с другой же, такое неофициальное распространение литературных произведений — часть совершенно иной картины мира.
Благодаря «самиздату» появилась возможность познакомиться с:
  • стихами и прозой запрещенных или непризнанных авторов;
  • периодическими изданиями;
  • мемуарами и воспоминаниями диссидентов;
  • философскими, историческими, социально-политическими и публицистическими произведениями разных авторов;
  • сборниками документов о демонстрациях 1960–1970-х годов, а также публикациями советской и иностранной прессы
«Редактор С. Галкин. Художник-оформитель С. Галкин. Технический редактор С. Галкин. Наборщик С. Галкин. Тираж 1 экземпляр»
«Самиздат» печатали на тонкой бумаге, с наползающими друг на друга строчками. Это делалось для большей вместимости на лист, и поэтому печатать старались как можно плотнее, вручную регулируя интервал.
«Достали три машинки, правда, одна из них сразу сломалась, так что четверо умевших печатать сменяли друг друга. Те, кто не умел печатать, диктовали им, раскладывали экземпляры, правили опечатки. Одна пара с машинкой устроилась на кухне, другая в комнате <…> На кухне постоянно кто-нибудь варил кофе или готовил бутерброды <…> Работали подряд двое суток, а спали по очереди…»
Воспоминания Анатолия Марченко о том, как печатали рукопись его первой книги «Мои показания», 1967 год
Эрика берет четыре копии.
Вот и все!
А этого достаточно.
Особое значение для деятельности самиздата имело вхождение в быт пишущих машинок. Обычная закладка в машинку марки «Москва» или «Эрика» — четыре-пять листов через копировальную бумагу или так называемую копирку. «Эрика» была особенно популярной, именно её обессмертил Галич в песне о героях неподцензурной культуры «Мы не хуже Горация».
Значительное место занимала деятельность по созданию и распространению «самодеятельной» журнальной периодики. Журналист Александр Гинзбург создал поэтический сборник «Синтаксис», который стал символом независимости культурного процесса. Когда Александра Гинзбурга, успевшего выпустить уже четыре сборника, арестовали, его дело продолжил журнал «Синтаксис: публицистика, критика, полемика».
Вскоре стало возможным в домашних условиях фотографировать и копировать печатные тексты. Это позволяло ускорить процесс копирования тестовых материалов, но в то же время это было и намного затратнее, поскольку фотоматериалы имели значительную стоимость.
В 1970-е годы, когда в позднем СССР появляется микропроцессная техника, можно было относительно просто и легко, по сравнению со старыми методами, распространять текстовую информацию, и даже печатать её посредством принтеров или плоттеров. Читатели обменивались между собой текстами на магнитных носителях.